Tag Archive for История

«Бирлык»

Крымское караимское общество культуры «Бирлык» (с тюрк. «Единство») – общественное объединение караимов, созданное при Крымском областном отделении Советского фонда культуры. Первая национальная общественная организация крымских караимов.

Цели и задачи Общества: возрождение, изучение и сохранение национальной духовной и материальной культуры, истории, этнографии; просвещение и благотворительная деятельность; укрепление и развитие национального и интернационального единства. Организации Общества предшествовала многолетняя просветительская деятельность караимских энтузиастов. 22 марта 1989 г. был создан оргкомитет по проведению учредительной конференции Общества во главе с И. А. Шайтановым. Помощь в организации Общества оказал председатель Крымского областного фонда культуры Б. С. Балаян. Датой создания Крымского караимского общества культуры «Бирлык» является 21 мая 1989 г., когда на учредительной конференции было принято решение о регистрации организации, председателем которой был избран ялтинец Яков Ибраимович Бараш (1929-2007). Заместителями председателя стали: Александр Вениаминович Кискачи, Виктор Захарович Тирияки, Марк Эзрович Хафуз и Игорь Александрович Шайтанов. При Обществе действовал Научно-консультативный совет, возглавляемый доктором геолого-минералогических наук Юрием Александровичем Полкановым.

5 октября 1991 г. Крымское караимское общество культуры «Бирлык» решением его конференции было преобразовано в Крымское национально-культурное караимское общество. В связи с самоотводом Я. И. Бараша председателем Общества был избран симферополец Яков Михайлович Хаджи (1927-1992), а его заместителями были выбраны Виталий Маркович Авах (по идеологическим вопросам), Евгений Маркович Альянаки (по производству), Яков Ибраимович Бараш (по работе с городскими национально-культурными обществами) и Игорь Александрович Шайтанов (по общим вопросам). Тогда же по просьбе Г. С. Ялпачика (Мелитополь) в состав Общества были приняты караимы г Мелитополя. В структурные подразделения Крымского караимского общества вошли 16 населённых пунктов: г. Алупка, г. Бахчисарай, г. Евпатория, г. Керчь, г. Красноперекопск, г. Мелитополь, г. Севастополь, г. Симферополь, г. Старый Крым, г. Феодосия, г. Ялта, пгт Багерово, с. Белоглинка, с. Долинное, пгт Молодежное, пгт Приморский. Общество являлось составной частью Культурно-просветительской ассоциации караимов «ИЛК» при Советском фонде культуры (президент Илья Семёнович Бабаджан (Москва). В связи со смертью 17 июля 1992 г. Я. М. Хаджи новым председателем Общества 11 октября того же года был избран бахчисараец Юрий Борисович Коген.

Среди основных пунктов деятельности Общества «Бирлык» можно отметить:

  1. Обращение к властям Крыма об оказании помощи в восстановлении памятников караимской культуры на Чуфут-Кале и комплекса кенас в Евпатории.
  2. Создание в 1989 г. в Симферополе на базе арендуемой классной комнаты Вечерней сменной школы рабочей молодёжи №7 (бывшего здания Караимского женского бесплатного училища) воскресного клуба Крымского караимского общества по изучению языка (преподаватель феодосиец М. Э. Хафуз), истории и этнографии караимов.
  3. Инициатива восстановления исторических названий улицы в крымских городах (в т. ч. улицы Караимской в Евпатории, Симферополе, Феодосии) и присвоение новым улицам в г. Бахчисарае имён подпольщика Абрама Марковича Болека (1896-1944) и доктора филологических наук, тюрколога, гахама Серайи Марковича Шапшала (1873-1961).
  4. Выделение на новой территории кладбища «Абдал» в Симферополе отдельного сектора для захоронения граждан караимской национальности.
  5. Ходатайство о предоставлении евпаторийскому караимскому обществу помещения бывшей караимской школы с двором при комплексе караимских кенас по ул. Матвеева (Караимской), 68 для проведения культурных мероприятий, собраний, создания школы по изучению караимского языка.
  6. Ходатайство о передаче в пользование Обществу здания Вечерней сменной школы рабочей молодёжи №7.
  7. Передача в пользование Обществу помещения на углу ул. Сергеева-Ценского и Танкистов, где в 1940-е гг. находился караимский молитвенный дом и 2-х кабинетов Вечерней школы №7 в Симферополе.
  8. Установка мемориальных досок на здании бывшей караимской кенасы в Симферополе по ул. Караимской, 6 и на здании симферопольской средней школы №1 (ул. К. Маркса, 32) в память о преподавателе мужской гимназии, поэте и общественном деятеле И. И. Казасе (1832-1912).
  9. Ходатайство перед Мелитопольским горисполкомом о выделении мелитопольскому караимскому обществу помещения для проведения собраний.
  10. Участие Крымского караимского общества в совместном обращении национально-культурных обществ Крыма к его населению о проведении референдума для решения вопроса о воссоздании Крымской АССР.
  11. Учреждение 21 декабря 1990 г. совместно с Крымским фондом культуры премии имени И. И. Казаса за вклад в области просвещения, тюркологии и истории караимского народа. Первым лауреатом премии стала Семита Исааковна Кушуль (1906-1996).
  12. Ходатайства о присвоении участникам Великой Отечественной войны красноармейцу Д. Б. Паша и капитану 3-го ранга Е. Б. Ефета звания Герой Советского Союза.
  13. Оказание материальной и врачебной помощи нуждающимся и престарелым караимам и караимам, возвращающимся из мест принудительной ссылки в 1944 г., а также призрение одиноких и организация похорон умерших караимов.
  14. Издание Русско-караимского разговорника Г. С. Ялпачика и прочей литературы о караимах.
  15. Выход Постановление Совета министров Крымской АССР №5 от 21.01.1992 г. «О мерах по сохранению и возрождению культурного наследия караимов и крымчаков» при активном участии председателя Я. М. Хаджи, членов Общества и их инициативе.
  16. Создание национально-культурных обществ караимов в Бахчисарае, Евпатории, Мелитополе, Симферополе, Феодосии, Ялте.
  17. Создание караимских экспозиций при евпаторийском и феодосийском краеведческих музеях.
  18. Публикация статей и заметок о караимах в СМИ и научно-публицистической литературе, выступления по радио и ТВ.
  19. Проведение дней караимской культуры, конференций и тематических встреч с посещением Чуфут-Кале и других городов и мест, связанных с жизнью караимских общин.

Общество «Бирлык» внесло значительный вклад в дело возрождения караимов и их культуры в Крыму на рубеже 80-90-х гг. XX в. 20 ноября 1993 г. Крымское караимское общество было реорганизовано в Ассоциацию крымских караимов «Крымкарайлар».

 

Выступление первого председателя общества "Бирлык" Я.И. Бараша 21 мая 1889 г.

Выступление первого председателя общества «Бирлык» Я.И. Бараша 21 мая 1989 г.

 

© Статью подготовил С.И. Шайтанов

Карай Битиклиги

Карай Битиклиги (буквально с караимского языка — «караимская библиотека») — национальная караимская библиотека-музей, основанная С.М. Шапшалом в 1916 году в Евпатории на базе небольшой библиотеки при Караимском духовном правлении. Сразу после ее основания библиотека стала пополнятся за счет приобретений и частных пожертвований. Первым крупным поступлением в «Карай Битиклиги» стала библиотека умершего в 1916 году газзана С.М. Неймана, состоящая из 600 томов. Затем в «Карай Битиклиги» поступили 40 томов из библиотеки Б.М. Шишмана, 400 томов из библиотеки С.М. Луцкого, 75 книг из библиотеки С.Ш. Пигита (Екатеринослав), 440 книг из библиотеки М.С. Сарача (Одесса) и др. От самого С.М. Шапшала в библиотеку поступило более 1000 томов. Таким образом, уже к 1918 году в библиотеке «Карай Битиклиги» насчитывалось около 3000 томов. Это были печатные и рукописные сочинения религиозного характера по большей части на древнееврейском языке, труды по философии, астрономии, словесности, истории, этике, физике, математике, комментарии к Священному Писанию, словари и учебники. Самой старой из датированных рукописей являлось Пятикнижие 1280 года.

Самым большим поступлением в «Карай-Битиклиги» стала библиотека умершего в 1918 году караимского ученого-самоучки Авраама Юфудовича Мичри, состоящая из 17 380 томов. По словам Б.С. Ельяшевича в библиотеке А.Ю. Мичри было около 40 караимских старинных редких рукописей, 10 инкунабул и множество ценных старопечатных книг разных размеров и изданий. Собственно, пожертвованная наследниками А.Ю. Мичри библиотека не вошла в состав «Карай Битиклиги», а образовала новую общественную библиотеку, которой согласно воле покойного было дано название «Библиотека А.Ю. Мичри».

В библиотеке «Карай Битиклиги» был сформирован штат сотрудников, состоящий из заведующего, делопроизводителя, библиотекарей и сторожа. Содержалась библиотека в основном на личные средства Гахама С.М. Шапшала и частных пожертвований. Первым заведующим библиотеки был Моисей Яковлевич Фиркович, внук известного коллекционера рукописей А.С. Фирковича. После его смерти в 1918 году, заведующим библиотекой стал Сима Саадьевич Ельяшевич. После отъезда С.С. Ельяшевича в Москву в 1921 году внештатным заведующим библиотекой до 1929 года был его младший брат Борис Саадьевич Ельяшевич. Последним заведующим библиотеки в 1929 году был Шаббетай Маркович Тиро. Библиотека была публичной, открытой для всех посетителей, при ней работал читальный зал и постоянная музейная экспозиция, на которой выставлялись как предметы старины, так и интересные рукописи. Со времени основания «Карай Битиклиги» находилась в канцелярии Караимского духовного правления, а в 1918 году была перевезена в общественный дом, пожертвованный караимской общине Б.М. Шишманом, по адресу ул. Нижняя, д. 13 (совр. ул. Ефета, 13). Примерный объем «Карай Битиклиги» перед ее расформированием составлял около 5000 экземпляров.

В 1921 году библиотека «Карай Битиклиги» была национализирована и перешла в ведение госучреждения Евпаторийский отдел секции по охране памятников старины и искусства (КрымОХРИС) в качестве фондов Евпаторийского археолого-исторического музея (позже — Евпаторийский краеведческий музей). Сразу после поступления библиотеки в музей, его заведующая Полина Яковлевна Чепурина приступила к научной обработке ее материалов. В течение всего времени пребывания П.Я. Чепуриной в должности заведующего музеем с 1921 по 1928 год, она старалась привлечь внимание ученых и общественности к материалам «Карай Битиклиги» с целью ее сохранения и изучения. Библиотеку «Карай Битиклиги» посещали и работали в ней такие ученые как арабист И.Ю. Крачковский, гебраист М.Н. Соколов, тюрколог В.А. Гордлевский. Во время двух командировок М.Н. Соколова в Евпаторию в 1926 и 1927 годах им совместно с Б.С. Ельяшевичем была сотавлена опись рукописного фонда «Карай Битиклиги», составившего 180 томов. Среди ценных рукописей М.Н. Соколовым был отмечен фрагмент сочинения основателя караимизма Анана Ганаси «Сефер га-мичвот» («Книга заповедей»), дополняющий опубликованные фрагменты А.Я. Гаркави в 1903 году и С. Шехтера в 1910 году. В.А. Гордлевский дал высокую оценку рукописному переводу на караимский язык первых книг Ветхого Завета из коллекции М. С. Сарача. Академик И.Ю. Крачковский после осмотра «Карай Битиклиги» сделал заключение, что караимская библиотека «напоминает собрание Фирковича в Публичной библиотеке, но уступает в качественном отношении».

После увольнения П.Я. Чепуриной и вступления в должность заведующего музеем Я.Г. Благодарного судьба «Карай Битиклиги» сложилась крайне непросто. При попустительстве нового заведующего фонды библиотеки стали расхищаться, а вскоре вообще встал ворос о расформировании «Карай Битиклиги» по разным музеям и библиотекам. Сохранить целостность уникальной библиотеки не удалось. В начале 1931 года основная часть рукописного фонда библиотеки в количестве более 1000 экземпляров была передана  в Ленинград в Институт Востоковедения АН СССР. Затем часть книжного фонда была передана в собрание Российской государственной библиотеки в Москве и Библиотеку Академии Наук. Лишь очень небольшая часть «Карай Битиклиги» осталась в Евпатории и сейчас находится в запасниках Евпаторийского краеведческого музея.

В 1996 году в Евпатории была вновь создана караимская библиотека. В ее основу легла коллекция Б.С. Кокеная, переданная евпаторийской караимской общине С.И. Кушуль.  По традиции новая библиотека получила название «Карай Битиклиги«. Впоследствии фонды новой «Карай Битиклиги» пополнились личными архивами Б.С. Ельяшевича, Д.М. Гумуша и самой С.И. Кушуль, и продолжают пополнятся по сей день старинными и современными изданиями, в первую очередь с караимской тематикой. Библиотека находится на территории комплекса караимских кенас по адресу Караимская, 68.

Здание на улице Ефета, 13, в котором находилась библиотека, с видом на портал комплекса караимских кенас. Фото 2015 года.

Здание на улице Ефета, 13, в котором находилась библиотека, с видом на портал комплекса караимских кенас. Фото 2015 года.

Полка в современной "Карай Битиклиги".

Полка в современной «Карай Битиклиги».

 

 

Вавилонский кодекс

Вавилонский кодекс — принятое в науке название рукописи на древнееврейском языке «Поздние пророки» (15 книг от Исаии до Малахии), датируемой по колофонной записи  916 годом. Свое название рукопись получила из-за того, что имеет вавилонскую (надстрочную) вокализацию, разработанную Вавилонской масоретской школой (в отличие от классической и общепринятой вокализации, разработанной Тивериадской масоретской школой). Рукопись хранится в Отделе рукописей Российской национальной библиотеки в Санкт-Петербурге (https://vivaldi.nlr.ru/ob000000094/view). Еще в 1876 году ввиду ее уникальности было подготовлено факсимильное издание. Рукопись была обнаружена  А.С. Фирковичем в генизе Малой кенасы Чуфут-Кале в 1838 году. О находке рукописи в книге «Авнэ зиккарон» («Авнэ зиккарон». Путевые заметки Авраама Фирковича//Караимская жизнь. Кн. 12. М. 1912. С.13, 16):

«И открыл Господь глаза мои… Я неожиданно заметил отверстие, которое было прикрыто небольшой дверцей над верхним полом алтаря. Я раскрыл эту дверцу и сунул в отверстие голову, осветив его фонарем. Передо мной предстала такая картина. На нижнем полу алтаря лежала огромная книга, завернутая в шелковый старый-престарый парохет. Быстро вытащил я ее оттуда, развернул и вижу последняя «Книга Пророков», написанная на очень хорошем и дорогом пергаменте. С первого взгляда ея письмо показалось мне не очень древним, так столетнего происхождения. На последнем листе ея, счетом 224, тем же самым почерком, каким была написана книга, имелась надпись: «1228 год» — что по христианской эре составил 916 или 917-й г.

 

Оставшись один, сильно уставши после розысков на Мангуп-Кале, я стал пересматривать «Книгу Пророков», которую вез из Чуфут-Кале в чемодане. Меня интересовало, не обнаружу ли я каких-либо особенностей в тексте этой книги. И, вдруг, неожиданное чудо: я увидел знаки препинания и пунктуацию совсем особенные, каких никогда и нигде мне не приходилось видеть до этого дня. Их форма была так необычна, что я остолбенел от удивления. Я не верил своим глазам. И думал, не болен я уж, не страдаю ли галлюцинациями, благодаря чрезмерному утомлению и трудам. Я поспешил на воздух, чтобы освежиться и успокоиться. Через некоторое время я вернулся к книге и опять стал ее пересматривать. Все было по-прежнему, то же самое, что я видел и раньше…».

Образец вавилонской вокализации (Вавилонский кодекс, факсимильное издание)

Образец вавилонской вокализации (Вавилонский кодекс, факсимильное издание)

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

Мидраш

Мидраш (евр. מדרש — «изучение», сокращенное от בית מדרש «бет мидраш» — «дом изучения (Торы)») — начальная школа у караимов (в отличие от высшей частной школы), школа вообще, училище. Другое название — תלמוד תורה «талмуд Тора», буквально » изучение Торы». В мидраше обучали древнееврейскому языку (священный язык, лешон кодеш), переводу и толкованиям Священного Писания — Торы (Пятикнижие Моисея), книг Навиим (Пророки) и Кетувим (Писания), а также богословских трудов. Право на обучение в мидраше имели только мальчики. Закончивший полный курс обучения получал звание «рибби» или «эрби», которое давало право совершать шхиту, служить газзаном и учителем. Обучение в мидраше начиналось с 5-6 лет и заканчивалось к 15-17, а иногда и к 19 годам. Со времени караимского ученого Яшара и его сына Абен Яшара, осуществивших образовательную реформу в первой половине XIX века, обучение в мидраше делилось на 5 «мадрегот» (мн. ч. от «мадрега» — ступень) или классов (отделений), у каждого из которых было свое название. Впрочем, количество классов в разных общинах и  в разное время могло варьироваться от 4-х до 9-ти. Перейти из одного класса в другой можно было только после сдачи экзамена. Как правило, поступало в мидраш от 40 до 60 учеников (в крупных и средних общинах), а заканчивало полный курс обучения всего несколько человек. В отличие от современных школ нумерация классов начиналась с конца, то есть в 5-ти классовом мидраше ученик начинал обучение с 5 класса и заканчивал в 1 классе. Программа обучения в мидраша по Абен Яшару:

5 класс. Алеф бет. Обучение чтению. Такой класс еще назывался Сыман тартмак — «тянуть звук» или Микра — «чтение Св. Писания».

4 класс. Тора тафсири. Перевод Торы.

3 класс. Навиим и Кетувим тафсири. Перевод книг Навиим (Пророки) и Кетувим (Писания).

2 класс. Дикдук. Обучение грамматики.

1 класс. Аддерет и Мивхар. Изучение классических богословских трудов, среди которых первое место занимали книги «Аддерет Эльягу», «Мивхар», «Ган Эден» и «Эч хаим».

Классическое деление на 5 классов соблюдалось далеко не всегда. Как правило их было больше за счет деления некоторых классов. Например, 1 класс мог делится на «Алеф бет», «Симан тартмак» и «Микра», а 5 класс мог делится на «Сефер Аддерет» и «Сефер Мивхар». В общем, единой системы не существовало, как и не существовало общей для всех мидрашей учебной программы. Обращает на себя внимание тот факт, что грамматика древнееврейского языка изучалась в предпоследнем классе, уже после «переводных» классов, что являлось слабой стороной программы мидраша. Все ученики в мидраше делились на старших и младших. К каждому младшему ученику был приставлен старший ученик (кальфа), который, заменяя ему учителя, подготавливал его к уроку, а учитель только проверял сделанное задание. Обучение в мидраше было платным (родители ученика платили учителю договоренную плату), а сам мидраш содержался за общественный счет. Платное образование было доступно не всем, и поэтому некоторые богатые караимы обучали детей из бедных семей за свой счет. Так, например, в Феодосии на деньги, пожертвованные местным богачем Шаббетаем Симовичем Хаджи, в мидраше бесплатно обучалось несколько поколений мальчиков из бедных семей.

И.И. Казас о караимском мидраше его детства (Общие заметки о караимах//Караимская жизнь. Книга 3-4. Москва. 1911. С. 60-62):

«Кто видел в настоящее время татарские мектебе и медресе в Крыму, тот может иметь некоторое представление о состоянии караимской школы лет 60-70 назад. Она помещалась по большей части в одной комнате, положим, довольно просторной, но слишком тесной для скоплявшихся там учеников, число которых доходило до 50-60, а то и больше. Мебель состояла из длинных неуклюжих столов и таких же скамеек. В некоторых училищах не было и их. Тут, как в нынешних татарских мектебе, и учитель, и ученики, сидели поджавши под себя ноги прямо на полу, устланном войлоками за длинными низкими скамейками, служившими им столами, на которых лежали учебные книги. Только для учителя отводилось место в углу с небольшим матрацем для сиденья и подушками для облакачивания…По одолении трудностей механического чтения начиналось изучение св. писания посредством перевода на татарский язык, значительно отличающийся от современного ученикам татарского языка, и в грамматическом, и в лексическом отношении. Переводили чисто механически с рабской буквальностью, без соблюдения синтактических правил и конструкции того языка, на который переводили, без сообщения каких-либо грамматических правил изучаемого языка и без объяснений смысла переводимого…Когда все книги Ветхого Завета были переведены таким образом, на что тратилось несколько лет, начиналось чтение жиденького учебника грамматики древнееврейского языка на библейском же языке, именно тогда, когда сколько-нибудь смышленные ученики, уже успели, посредством собственных наблюдений,усвоить себе все излагаемые в учебнике элементарные грамматические правила, и это запоздалое преподавание грамматики, преподавание задним числом, оказывалось совершенно безцельно. После грамматики начиналось чтение некоторых написанных на средневековом библейском языке произведений караимских писателей. Это — комментарии на Пятикнижие (Мивгар) рибби Агарона Гарофе, объяснение Моисеевых законов, исполненние которых обязательно для каждого караима, и ритуалов (Аддерет) рибби Ильи Башьячи, богословско-философский трактат (Эц-Хаим) рибби Агарона Никомедийского».

О караимском мидраше Я.В. Дуван (Мои детские и юношеские годы//Караимская жизнь. Книга 7. Москва. 1911. С. 66-67):

«Когда мать в первый раз повела меня в школу деда, мне было 6 лет. Я стал ходить в школу, проводя в ней все время с утра до полудня и с 2 часов до вечера. Сперва меня учили буквам и складам, затем перешли к чтению Микра по всем правилам, с остановками и напевом. Этому я обучался несколько лет. После такого предварительного курса я преступил к переводу Микра на разговорный караимский язык. Порядок здесь был таков. Один из учеников нашей группы читал стих библии, потом каждый переводил по очереди прочитанное. Так, в течение 3-х лет, переводя в день по странице, а иногда и по целой главе мы перевели всю библию, без знания грамматики, языка, и не понимая часто даже смысла прочитанного, так как нам ничего не объясняли, и перевод наш не сопровождался необходимыми комментариями….Окончив курс библии, я вдруг по указанию деда, перешел к грамматике. Это явилось для меня большой неожиданностью. До изучения грамматики я не представлял себе даже, что такое мужской и женский род, так как в нашем разговорном наречии нет таковых родовых отличий ни для имен существительных, ни для глаголов. Но все же я обязан был строго читать и переводить по грамматике все ее мудренные склонения и спряжения на сотни ладов. В такой пытке прошел год. По истечени этого времени я уже стал понимать грамматические отличия, ибо дед мой перешел к практическому методу обучения, письменному разбору и т.д.»

Одной из значительных перемен в программе мидраша XIX века стало введение русского языка как обязательного предмета. Первым, кто стал вводить в программу обучения русский язык был газзан Соломон Авраамович Бейм. Спустя несколько десятилетий после начинания С.А. Бейма русский язык уже входил в программу практически всех караимских мидрашей, а в конце XIX века в некоторых мидрашах русский язык становится языком преподавания. Еще одной немаловажной переменой в системе народного образования крымских караимов XIX века стало появление мидрашей для девочек. Евпатория стала первым городом, где для караимских девочек стало доступно образование. В 1885 году здесь уже был женский мидраш, причем количество учениц в нем немногим уступало количеству учеников в мидраше для мальчиков. Однако, не смотря на все новшества, в конце XIX века намечается кризис народного образования караимов, причиной которого стала неспособность мидраша конкурировать с русскими государственными учебными заведениями, куда караимы предпочитали отдавать на учебу своих детей. Вот что об этом же пишет караимский ученый Д.М. Кокизов в 1911 году: «Постепенно караимские дети начали покидать национальную школу, или даже совсем обходить ее и поступать в государственные общеобразовательные учебные учреждения, и теперь наша школа почти везде влачит жалкое существование при самом ничтожном количестве учеников». После установления Советской власти караимский мидраш постепенно прекратил свое существование.

О караимском мидраше читайте рассказы А.И. Катыка «Записки караимского школьника» и «Учитель», опубликованные в 3-4, 5-6, 8-9, 10-11 номерах журнала «Караимская жизнь» за 1911 год.

Здание караимского мидраша в Евпатории

Здание караимского мидраша в Евпатории

Фото в Евпаторийском краеведческом музее. На переднем плане стол из караимского мидраша.

Фото в Евпаторийском краеведческом музее. На переднем плане низкий стол из караимского мидраша.

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

«Анниим»

Феодосийское общество вспомоществования бедным «Анниим» (евр. עניים «анниим» — бедняки), Феодосийское караимское благотворительное общество — благотворительное общество, созданное группой молодых караимов г. Феодосии с целью предоставления разного вида помощи бедному классу караимов. О времени создания Общества точных данных не имеется. Известно лишь то, что первоначально оно носило название «Феодосийское общество «Анниим» вспомоществования бедным при караимской синагоге» и занималось благотворительностью на средства, собираемые путем обязательных взносов членов общества, пожертвований частных лиц и проведения благотворительных вечеров. Общество было зарегистрировано в 1896 году и получило новое название Феодосийское караимское благотворительное общество. Его учредителями стали: С.С. Кара, Б.Я. Крым, И.С. Крым, И.В. Стамболи, М.Д. Таймаз, И.С. Хаджи. Свою деятельность Общество прекратило, вероятно в 1918-1920 годы. Из Устава Общества:

1. Феодосийское караимское благотворительное общество имеет целью доставление средств к улучшению нравственного и материального состояния бедных караимов города Феодосии.

2. Сообразно с этой целью занятия общества, по мере развития его средств, могут составлять: а) снабжение одеждою, пищею и кровом немогущих приобретать это собственными трудами; б) содействие к приисканию занятия или службы, к приобретению для работ материала и к выгодному сбыту изделий бедных; в) доставление и облегчение способов для призрения и воспитания сирот и детей неимущих родителей, и в случае необходимости дальнейшее устройство их участи; г) помещение престарелых и неизлечимых в богадельни; д) устройство на общем основании, сообразно с средствами общества, школ, приютов, богаделен, лечебниц и т.п. благотворительных

 

заведений.

Хроника текущей жизни//Караимское слово. №2. Вильна. 1913:

Среди феодосийской караимской молодежи в последнее время замечается сильный духовный и национальный подъем. Так группа молодежи, чтобы отвлечь других молодых людей от влияния разных кофеен «Лонжеронов», «Дюльберов» и тому подобных университетов современной караимской молодежи, в течение зимы устроила пять безплатных литературных и танцевальных вечеров в здании караимского благотворительного общества и, благодаря исключительно добровольным пожертвованиям посетителей, благотворительное общество обзавелось электрическим освещением, прекрасными вешалками и кой-каким инвентарем.

Устав Общества

Устав Общества

Отчет Общества

Отчет Общества (ГАРК, ф. 241, оп. 1, д. 644, л. 2).

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

Мангуб тюркюси

Мангуб тюркюси (в переводе с крымскотатарского языка «Мангупская песня» или «Песня о Мангупе») — песня на караимско-крымскотатарском языке, рассказывающая о душевных переживаниях автора (называющего себя «дертли Симха» — «страдающий Симха»), вызванных нападением на Мангуп неизвестных врагов («душманлар») и разрушением его в 1793 году. На песню «Мангуб тюркюси», как на интересный исторический источник, впервые обратил внимание собиратель караимского фольклора Борис Яковлевич Кокенай (1893-1967), обнаружив ее в рукописном наследии своего отца. Дальнейшее распространение песня получила в 1960-х годах через караимского общественного деятеля Давида Марковича Гумуша, который сделал транслитерацию текста песни, написанного еврейской графикой, и перевел его на русский язык.  Как исторический источник песня «Мангуб тюркюси» была использована в его неизданной статье «Мангуп и караимы».  Впервые «Мангуб тюркюси» была опубликована в статье Дана Шапира на английском языке «A karaim poem in Crimean-Tatar from Mangup: a Source for Jewish-Turkish History» (Judaeo-Turcica III. 2001). Вскоре после этого, в 2002 году, в Вестнике Еврейского университета была опубликована статья Дана Шапира на русском языке «Караимская «Песнь о Мангупе» 1793 года: новый источник для истории караимов Крыма», в который автор приводит сразу три списка песни, уже известный благодаря Б.Я. Кокенаю и Д.М. Гумушу и два вновь найденных: из личного фонда С.М. Шапшала в Отделе Библиотеки Литовской Академии Наук в Вильнюсе и из личного фонда Шемайи Авраамовича Фирковича. Такое внимание к песне со стороны как караимских, так и еврейских исследователей, объясняется тем, что ее автор, караим по имени Симха, рассказывает о нападении на Мангуп и его разграблении и указывает дату этого события (и одновременно написания песни) — 5553 год от сотворения мира, или 1793 год. Таким образом, историкам впервые становится известно о времени и обстоятельствах ухода караимов с Мангупа и их переселении в другие города, такие как Чуфут-Кале, Кезлев (Евпатория) и Кефе (Феодосия). «Ни один из известных нам источников — пишет Д.М. Гумуш, — не говорит о том, когда именно и почему караимы окончательно покинули Мангуп. Только эта песня дает ответы на эти вопросы и указывает точно год и причину ухода». Однако, приоткрыв одну тайну, песня «Мангуб тюркюси» задает историкам новую загадку: кто же были те безымянные враги («душманлар»), которые напали на Мангуп? По этому вопросу высказывались разные предположения. Например, Дан Шапира, считает, что упоминаемыми в песне врагами могли быть русские, а историк М.Б. Кизилов в своей статье «К истории караимской общины Мангупа» предлагает читателю сразу несколько версий. Согласно одной из них, это были представители знатного татарского рода Балатуковых, которые владели землями Мангупа в XIX — нач. XX века. Песня «Мангуб тюркюси» является ценным источником по истории одной из самых древних и в тоже время одной из самых малоизученных караимских общин Крыма.

 

Текст песни «Мангуб тюркюси» в транслитерации Д.М. Гумуша:

 

Мангуп туркусы

 

Ходжа, ходжа!

Къарлы дагълар витанын дан

Айырылан – агълар

Дерхунума бир от душ ди

Джигерчигим йанар агъларым

 

Бири бирилен савушта

Акъыл да къалмады башда

Беш бинъ беш йуз элли уч дэ

Бузул ды-йанар агъларым

 

Ашкъын дересини ашдым

Вардым йат эллере душ дим

Мал дан , мелал дан ваз геч дим

Гидерим – йанар агъларым

 

Къонджа дерлер, дигиль гуль ден

Гоньлюм хъеч айырылмаз сен ден

Иншаллахъ йапулыр тез ден

Денерим – йанар агълары

 

Йоллары гечильмез даш тан

Гозим йаши гечер баш дан

Айырылмаз дост дан эш ден

Денерим – йанар агъларым

 

Сувы вэ мевахъсы оксек дагълар

Эшитенлер бевле севлер:

Ибадет игдигим эвлер,

Виран дыр — йанар агъларым

 

Сагъындыгъым оксек дагълар

Йузум кулер къальбим агълар

Виран къалды Мангуп дер лер

Витан дыр — йанар агъларым

 

Сагъындыгъым оксек дагълар

Йузум кулер къальбим агълар

Хакъ назарын олан агълар

Виран дыр – йанар агъларым

 

Дилегим вар хъер гун санъа

Душманларым хакъ дан була

Банъа дер лер дертли Симха

Олунче йанар агъларым

 

Перевод Д.М. Гумуша:

 

Песня о Мангупе

 

Учитель, учитель! От снежной горной долины

Отторгнутый — будет плакать.

Мне внутрь огонь проник,

Легкие горят – я плачу.

 

Друг с другом прощаются

В голове не осталось ума

В пять тысяч пятьсот пятьдесят третьем

Разорен – я горько плачу.

 

Быстро я пересек долину его,

Пошел, и в руки чужие попал.

Расстался со всем, что имел,

Ухожу – и горько плачу

 

Говорят бутон, но не розы,

Мысли никак не оторвутся от тебя.

Бог даст быстро восстановят,

Но я вновь горько плачу

 

Пути-дороги его непролазны из-за камней,

Слезы глаз моих стали выше головы моей.

От друзей с кем никогда бы не расставался,

Расстался – и горько плачу.

 

Вода его и плоды на высоких горах.

Слышавшие так говорят

Дома, в которых я молился

Разрушены – я горько плачу

 

Я вспоминаю высокие горы

Лицо мое смеется, а сердце плачет.

Разрушенным остался Мангуп, говорят.

Это родина моя – я горько плачу

 

Я вспоминаю высокие горы,

Лицо смеется, а сердце плачет.

Обиженный судьбой будет плакать.

Разрушен – я горько плачу

 

Просьба моя каждый день к Тебе –

По заслугам пусть получат враги мои.

Одержимый Симха обо мне говорят,

Но до смерти я буду горько плакать.

 

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

Памятник русским воинам в Евпатории

Памятник русским воинам в Евпатории — памятник, установленный караимской общиной Евпатории на братской могиле русских солдат, павших при штурме Евпатории 5 (17) февраля 1855 года во время Крымской войны. Находится в северо-восточной части города, недалеко от станции «Евпатория-Товарная», на пересечении улиц Эскадронной и 2-й Гвардейской армии. Памятник выполнен по проекту архитектора А.М. Горностаева в виде четырехгранной колонны из белого мрамора высотой в 4,5 метра. На четырех гранях колонны высечена надпись на двух языках одинакового содержания: на русском (на лицевой и задней грани памятника) и древнееврейском (на правой и левой грани).

Надпись на русском языке:

Храбрымъ защитникамъ веры, царя и отечества, павшимъ здесь 5 февраля 1855 года. В память потомству сооруженъ усердиемъ евпаторийскаго караимскаго общества въ 1858 году.

Надпись на древнееврейском языке:

פה ינוח הגבורים אנשי חיל רוססייא אשר הסגירו נפשם למות בעד דתם מלכם וארץ מולדתם 5 פווראל 1855 ולזכרון לדור אחרון הוקם עליהם הציון הלז מאת בני מקרא הדרים פה גוזלווא בשנת 1858 למספר הנוצרום

Буквальный перевод (В.А. Ельяшевич):

Здесь покоятся доблестные русские воины, отдавшие свои души за веру, царя и отечество, 5 февраля 1855. И в память грядущему поколению установлен им этот памятник бене микра (караимами), живущими здесь, в городе Кезлеве, в 1858 году по летоисчислению христиан.

История памятника: Изначально памятник был без креста и только через три года, в 1861 году, в Караимское Духовное Правление обратился Благочинный Севастопольского округа протоирей А. Демянович с просьбой украсить памятник крестом, на что ему было дано согласие с объяснением, что караимы не считают памятник своей собственностью (ГАРК, ф. 241, оп. 1, д. 23, л. 8):

Мы сделали по усердию нашему все, что могли по нашей религии, относительно памятника битвы 5 февраля 1855 года, что и удостоено Высочайшем утверждением и мы ныне не щитаем этого памятника своею собственностью. Мы передали его Отечеству России и он есть достояние всех сынов России, как и незабвенная их для края нашего могила.

В 1862 году на средства евпаторийского купца Хрисолопула памятник был осенен бронзовым позолоченным крестом и освящен преосвященным Алексием епископом Таврическим и Симферопольским. Предположительно после 1904 года бронзовый позолоченный крест был похищен, а взамен утраченного был отлит новый крест из чугуна по размерам, напоминающий первоначальный.  В 1971 году в связи с реконструкцией  Старовокзальной улицы (ныне улица 2-й Гвардейской армии) памятник был перенесен на 100 метров с братской могилы на аллею по улице 2-й Гвардейской армии (место захоронения осталось не обозначенным). На новом месте чугунную ограду заменили два корабельных орудия. В 1974 году по распоряжению председателя Евпаторийского горсовета М.М. Кулакова с памятника был снят крест и только после настойчивых обращений в разные инстанции инженера из Симферополя, исследователя караимской истории Л.И. Кая крест был восстановлен в 1981 году. В конце сентября 2003 года памятник был перенесен на свое первоначальное место — на братскую могилу (конечная остановка маршрута №1, 3, 199).

За помощь, оказанную в подготовке данной статьи выражаю свою благодарность главному хранителю фондов Евпаторийского краеведческого музея Дубининой Людмиле Ивановне.

Более подробно об истории памятника смотрите в книге Владимира Гурковича «Бурьян над прахом героев» (Симферополь. 2002).

 

DSC_0110

Фото 2015 года

Фото 1973 года

Фото 1973 года

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

 

Российская империя и крымские караимы

Российская империя и крымские караимы (1783-1917). После присоединения Крыма к Российской империи русские власти причислили крымских караимов к евреям и руководствовались по отношению к ним законами, предусмотренными для последних. Однако, вследствие неоднократных ходатайств представителей караимских общин, заявлявших о существовавших различиях между караимами и евреями-раввинистами, караимы были разграничены в правах с евреями и освобождены от возлагаемых на них ограничений, а в последствие уравнены в правах с русскими поданными. Первым шагом к этому был рескрипт Екатерины II 1795 года, который освобождал караимов от двойной подушной подати, наложенной на евреев, от рекрутских денег и солдатского постоя:

Всемилостивейше повелеваю не брать с них (караимов) двойных податей, каковые положены на всех вообще евреев, а взыскивать оные по прежнему наравне с прочими купцами и мещанами об оказании им по возможности и других выгод и облегчений с предостережением только, чтобы в общество сих караимов не входили из тех евреев, как известны под именем Раббинов, и от которых изданные от нас указания долженствуют исполняемы быть в точности.

Главная роль в деле освобождения караимов Российской империи от ограничений, наложенных на евреев и вообще отделения караимов от евреев, принадлежит предводителю караимских общин Крыма Симхе Соломоновичу Бобовичу (1790-1855), который обращался в разные инстанции с ходатайством о разделении во всех отношениях между караимами и евреями. Результатом его деятельности стали правительственные указы, снимающие с караимов ограничения для евреев, такие как:

1827 год — освобождение караимов от рекрутского набора

1837 год – постановление об учреждении Таврического и Одесского Караимского Духовного Правления

1839 год – указ «О дозволении караимам принимать в услужение христиан, а приезжающим из-за границы вступать в Российское подданство»

1843 год — указ о возведении караимов в почетное гражданство на основе общих правил, без ограничения, установленного для евреев

1845 год – освобождение караимского духовенства от податей и повинностей

1850 год — указ «О нераспространении на караимов запрета жительствовать по деревням и селениям и продажи горячих напитков»

1851 год – освобождение на 25 лет жителей Чуфут-Кале от городских и земских повинностей

1852 год — указ  «О дозволении Евреям Караимам свободно приезжать в столицы и другие внутренние города Империи»

1853 год — указ «О нераспространении на караимов запрета причисляться к портовым городам северо-восточного берега Черного моря и владеть в них собственность»

1855 год — указ «О нераспространении на Караимов, получающих ученые и медицинские степени, ограничений, постановленных вообще для Евреев относительно вступления в службу»

1855 год — изменение официального названия «евреи-караимы» на «караимы»

И, наконец, 1863 год — закон об уравнении караимов в правах с русскими поданными, который гласил:

Караимы, находясь под покровительством общих законов Российской Империи, пользуются всеми правами, предоставленными русским подданным, смотря по состоянию к которому кто из них принадлежит.

С этого времени караимы Российской империи получили право служить в армии, учится в университетах, занимать государственные посты и т.д. С этого времени началось небывалое доселе материальное процветание караимских общин на территории империи. Стала резко расти численность караимского населения. Если ко времени присоединения Крыма к Российской империи, всех караимов, крымских и западных, насчитывалось около 4000 человек, то по данным переписи 1897 года в Российской империи уже проживало 12894 караима. Однако, караимский исследователь Симон Шишман в своей книге «Караимизм. Его доктрина и история» назвал главу, посвященную карамам в Российской империи «Упадок караимских общин». Почему? Дело в том, что дарование караимам гражданских свобод простимулировало их интеграцию в русское общество, что привело к кризису традиционной и религиозной культуры караимов. Именно в этом Симон Шишман видит «упадок» караимских общины, отошедшей от заветов своих отцов в сторону русской и европейской культуры. Кризис традиционной и религиозной культуры караимов широко обсуждался на страницах журнала «Караимской жизни» в 1911 и 1912 годах, где разные авторы предлагали те или иные пути выхода из него, основанные на здравом компромиссе. Например, для того, чтобы дать возможность молодежи, предпочитавшей учится не в мидрашах, а в русских гимназиях, получить караимское религиозное образование, предполагалось ввести в гимназиях обязательный курс караимской религии. Однако, время брало свое, и уже ничто не могло остановить стремительного приобщения караимов к русской культуре и одновременно стремительного упадка традиционных устоев. В 1917 году с крушением Российской империи материальное процветание крымских караимов закончилось. По мнению Симона Шишмана началась «агония» караимской общины.

При подготовке материала была использована статья Дмитрия Прохорова «Документы по истории взаимоотношений между представителями караимских и еврейских общин Таврической губернии в XIX — нач. XX в. в Государственном архиве при СМ в АР Крым (гражданско-правовой аспект)» (Материалы научных конференций центра «Сефер» по иудаике 2007 года. Москва. 2008).

Монумент с двухглавым орлом, установленный в 1851 году в Евпатории между Малой и Большой кенасами в 1851 году в память о посещении кенасы императором Александром I.

Монумент с двуглавым орлом, установленный в 1851 году в Евпатории между Малой и Большой кенасами в память о посещении кенасы императором Александром I в 1825 году.

Типовая печать караимской кенасы с двуглавым орлом.

Типовая печать караимской кенасы с двуглавым орлом (ГАРК, ф. 241, оп. 1, д. 127, л. 52).

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

Типография М.И. Тришкана

Типография М.И. Тришкана — первая в Евпатории караимская типография, основанная в 1832 году Мордехаем Исааковичем Тришканом из остатков типографии Чуфут-Кале. В типографии М.И. Тришкана были впервые изданы классические караимские богословские сочинения разных времен, ранее известные только в рукописях, а также некоторые сочинения его современников, перевод ТаНаХа на караимский крымскотатарский язык и молитвенник в 4-х томах. Многие из этих книг не переиздавались. За заслуги, оказанные караимам, М.И. Тришкану и его сыновьям была установлена мраморная памятная плита с текстом на древнееврейском языке возле входа в Малую кенасу Евпатории.

Сочинения, изданные в типографии М.И. Тришкана с указанием года издания и  имени автора:

1833 год — תשועת ישראל «Тешуат Йисраэль», автор Йосеф-Шеломо бен Моше Луцкий (XVIII-XIX)

1833 — משאת בנימין «Масат Биньямин», автор Биньямин Нагавенди (IX)

1834 — פינת יקרת «Пинат икрат», Исаак бен Шеломо (XVIII-XIX)

1834 — רוח חן «Рувах хен», Шемуэль бен Йегуда ибн Тиббон (XII-XIII)

1835 — המבחר «hа-Мивхар», Аарон бен Йосеф hа-Рофе (XIII-XIV) с комментарием  «Тират кесеф» Йосефа Шеломо бен Моше Луцкого

1835 — אדרת אליהו «Аддерет Эльягу», Эльягу Башиячи (XV)

1836 — מבחר ישרים «Мивхар яшарим», Йаков бен Реувен (XI)

1836 — אשכול הכופר «Эшколь hа-кофер», Йегуда бен Эльягу Гадасси (XII)

1836 — סידור התפילות молитвенник в 4-х томах

1838 — משה ומריבה «Маса у-мерива», Авраам Самуилович Фиркович (XVIII-XIX)

1840 — ספר תרגום תורה «Сефер Таргум Тора», перевод Торы на караимский крымскотатарский язык

1841 — ספר תרגום נביאים «Сефер Таргум Навиим», перевод Навиим на караимский крымскотатарский язык

1842 — ספר תרגום כתובים «Сефер Таргум Кетувим», перевод Кетувим на караимский крымскотатарский язык

1841 — תרגום תשועת ישראל «Таргум Тешуат Йисраэль», перевод А.С. Фирковича «Тешуат Йисраэль» на караимский крымскотатарский язык

1841 — צוף דבש «Чуф деваш», Мордехай бен Шеломо Казас (XVIII-XIX), на караимском крымскотатарском языке

1846 — אמונה אמן «Эмуна омен», Авраам бен Йегошиягу (XVII-XVIII)

1847 — אץ חיים «Эч хаим», Аарон бен Эльягу младший (XIV), с комментарием «Ор хаим» Симхи Йичхака бен Моше Луцкого.

Титульный лист книги "Эч хаим", последней книги, напечатанной в типографии М.И. Тришкана.

Титульный лист книги «Эч хаим», последней книги, напечатанной в типографии М.И. Тришкана.

Памятная плита, установленная М.И. Тришкану и его сыновьям у входа в Малую кенасу Евпатории.

Памятная плита, установленная М.И. Тришкану и его сыновьям у входа в Малую кенасу Евпатории.

 

 

Маджалисский документ

Маджалисский документ – принятое в науке название небольшой рукописи на древнееврейском языке исторического содержания с центральным сюжетом о переселении евреев с Ближнего Востока в Крым в годы царствования персидского царя Камбиса в VI веке до н.э.

Что представляет собой Маджалисский документ (по книге А.С. Фирковича «Авнэ зиккарон»):

В 1840 году в городе Дербенте А.С. Фирковичем была найдена в пергаментном свитке Торы очень старая, почти стершаяся от времени, колофонная запись Йегуды, сына Моше Мизрахи из города Шемахи, датируемая 604 годом нашей эры. Немногим позже, в горном селении Маджалис, была найдена копия этой записи, сделанная в 1513 г. рукой Йешуа, сына Элия, из Маджалиса. Копия Йешуа была, в свою очередь, сделана не с оригинала, а также с копии, сделанной Авраамом, сыном Симхи, в 986 г. в городе Хамадане, который к переписанной им записи Йегуды добавил рассказ о том, как и при каких обстоятельствах, он ее нашел. Копии двух записей, написанные Йешуа на отдельном листке, были извлечены из стены синагоги в Маджалисе. Этот листок с копиями двух записей и небольшим вступительным словом самого Йегуды и называется Маджалисским документом.

О находке самой древней части Маджалисского документа в Дербенте (Фиркович А.С. Авнэ зиккарон. Вильна. 1872. С. 60. Перевод на русский язык В.А. Ельяшевич):

Шамаш, увидев нашу радость при обнаружении старой Торы, достал из запертого окна другой старый свиток, хранящийся в таком же старом футляре, похожем на футляры караимов. Положив перед нами футляр, шамаш раскрыл его, и мы увидели свиток из некачественно выделанной кожи. Присмотревшись, мы заметили в нескольких местах незнакомые тагины и странные буквы. Я попросил шамаша перенести футляр с Торой в дом рава, где мы развернули свиток полностью и все вместе просмотрели его от начала до конца. Мы обратили внимание на то, что незнакомые тагины и странные буквы написаны не везде, а только в определенных местах, но не смогли разгадать, для чего это сделано. В конце свитка, после параши «Браха», мы нашли приписку до того старую и стершуюся, что нам пришлось приложить немало усилий чтобы прочитать некоторые места из нее. И только после того, как надпись была очищена, мы прочитали ее целиком. Тут же, в доме рава, я сделал точную копию этой приписки (№3 в каталоге приписок книг Торы), и сказал шамашу, чтобы он отнес ее на место.

Оригинальный текст Маджалисского документа на древнееврейском языке:

          אני ישועה בן אליה מבעלי מקרא מכפר מנגיליס בבואי לכפר טג בסר הקרובה לעיר דרבנד מצאתי בידי מ’ יוסף בן בכשי נוסח מסעות מ’ יהודה בן משה מזרחי שהעתיקו מ’ אברהם בן שמחה הספרדי מסוף ספר תורה ישן בעיר חאמדן והעתקתי לי בשנת חמשת אלפים   ומאתים ושבעים ושלשה לבריאה ביום ששי לח’ סיון ערב חג השבועו’

אנכי שלומי אמוני ישראל אברהם בן מ’ שמחה מעיר ספרד במלכות אחינו גרי הצדק כזריים בשנת אלף ושש מאות ושתים ושמונים לגלותינו היא שנת ארבעת אלפים ושבע מאות וששה ארבעים ליצירה לפי המנין שמונים אחינו היהודים בעיר מטרכה בבוא שלוחי נשיא ראש ומשך מעיר ציוב לאדונינו דוד הנשיא הכזרי בדבר הדת לחקירה שולחתי בשליחות ממנו לארץ פרס ומדי לקנות ספרי תורות ונביאים וכתובים קדמונים לקהלות כזר ובעילם המדינה היא איספחן שמעתי שיש בשושן היא חמדן ספר תורה קדמון ובבואי שם הראוה לי אחינו בני ישראל בקהל הגדול ובסופו כתוב ספור מסעות כ’ יהודה המגיה והודיעוני שאביו כ’ משה הנקדן היה הבודה הראשון נקודות וטעמים להקל לתלמידים למידת קריאת המקרא בהם ובקשתי מהם שימכרוה ויאמנו למכרו לי והעתקתי הספור לי מלה במלה כי יקרו לי דברי המגיה מאד והוספתי בו באור לדבריו הסתומים הידועים לי באמת זכותו תגן עלי ויחזירני ה’ לביתי בחיים ובשלום אמן

אני יהודה בן משה הנקדן מזרחי בן יהודה הגבור איש נפתלי ממשפחת השילמי אשר גלתה עם הגולה אשר הגלתה עם הושע המלך ישראל עם שבטי שמון ודן וקצת משפחות שאר שבטי ישראל אשר הגלה הצר שלמנאסר משומרון ובנותיה לחלך היא בחלח וחבור היא חבול והרא היא היראת ןגוזן היא גוצנא מדינות גלות בני ראובן וגד וחצי מנשה שגלם פלנאסר והושיבם שם ומשם נפצו על פני כל ארץ המזרח עד סינים בשובי משוטט בארץ נלותם ומהתהלך בגרות כרים המדינה במושבות זרע משפחות ישראל ויהודה גלות ירושלם שיצאו לעזרת אחיהם מעריהם במלחמת שמרון וגדליה בן המלך אחז בראשם ללא הועיל כי מלאה סאתם. ותפשם חיים שלמנאסר קודם לכדו את שמרון וישלחם לפנים גולה לערי מדי להרחיקם מעל אחיהם ויהיו שם עד ימי כמביס בן כורש המלך ע»ה והוא הטה להם חסד בהחלצם למלחמה חושים עם בני מדי היותם קרובים לארץ השיטים להלחם עם תלמירא המלכה לנקום דם אביו ממנה ובהתגברם על חיילותיה תפושה בחיים ויביאוה לפני כמביס מלכם ויהרגה בדם אביו ויכבוש את ארצה ויבקשו ממנו ויתנה לאחוזה להם וישם בה נציבים וישובו בשלום ויקחו ישראל ומדי השבים ממלחמה נשיהם וטפם ורכושם ויתישבו שם בכורשון שהציב אביו כורש לו שם יד ושם בסולכת עברית שבנו ובאונכת יונית שתקנו חרבותיה ויקראום כרים ובסלע היהודים אשר בצרו ובעיר ספרד על ים השיטים ששיטים ומשיטים מקניהם לעיר מטרכה היונית עיר מגורי אבי בין גלות טיטוס הם הם אחינו היהודים סגולת גלות ירושלם שהגלם טיטוס ראשונה לערי יון לפיסנטיא ובנותיה ומשם נתפשטו לעיר טיראפיז ואחיותיה עד עיר מטרכה בימי יולאנום קיסר פיסנטיא אוהב היהודים ולכן הם מדברים בלשון יון עד היום ובבואי לעיר מולדתי פה שומכי עיר מלכות דריוש המדי שירוון בשנת חמישית למלכות האדון כוסדורי הפרסי אלף ושלש מאות לגלותינו הגהתי זה ספר התורה למר מרדכי החבר בן שמעון שקבל חברות יצ»ו רצונו חברות בעלי משנה ותלמוד הבבליים יזחה להגות בו הוא וזרעו עד עולם סימן טוב אמן

Перевод Маджалисского документа на русский язык (В.А. Ельяшевич):

Я, Йешуа, сын Элии, из баале Микра, из села Маджалис, прибыв в село Таг-Басар близ Дербента, нашел у господина Йосефа сына Бахши, копию описания путешествия господина Йегуды, сына Моше Мизрахи, снятую господином Авраамом сыном Симхи Сефарди с приписки в конце старой книги Торы в городе Хамадане. Я сделал себе копию в 5273 г. от сотворения мира (1513 г.) в день шестой месяца сиван, в канун праздника Шавуот.

     Я, мирный и верный Израиля, Авраам, сын Симхи, из города Сефарад, в царстве наших братьев, праведных геров хазар в 1682 г. от нашего изгнания, в 4746 г. от сотворения мира (986 г. н.э.), по летоисчислению, употребляемому нашими братьями иудеями из города Матархи, когда прибыли послы князя Рош и Мешех из Чиова к господину нашему Давиду, хазарскому князю, для исследования религии, я был им послан в страну Парас и Мадай, чтобы приобрести древние свитки Торы, Пророков и Писаний для хазарских общин. В Эйламе, он же Испаган, я слышал, что в Шушане, он же Хамадан, находится древняя Тора, и по моему прибытию туда, большая община наших братьев, сынов Израиля, показала ее мне, и в конце свитка написан рассказ о поездке почтенного Йегуды га-магига, и они сообщили мне, что его отец, почтенный Моше га-накдан был первым, кто придумал никудот вэтаамим, чтобы с их помощью облегчить ученикам чтение Микра. Я попросил их продать ее мне, но они не согласились. Тогда я переписал себе рассказ слово в слово, ибо слова га-магига мне очень дороги и добавил к нему объяснения некоторых неясных мест, его заслуги да защитят меня, и да возвратит меня Господь домой живым и здоровым.

Я, Йегуда, сын Моше Мизрахи, сына Йегуды га-гиббор из племени Нафтали, из семейства Шиллем, изгнанного вместе с изгнанниками, которые были изгнаны вместе с Гошеа, царем Израильским, вместе с племенами Шимона и Дана и некоторыми семействами из других племен Израиля врагом Салманасаром, из Шомрона и близлежащих к нему городов в Хелах, он же Бахлах, в Хабор, он же Хабул, в Гара, он же Гират, в Гозан, он же Гоцна, страны поселения изгнанников из племени Реувен, Гад и половины Менаше, изгнанные Пилнасаром и поселил там, откуда они расселились по всем странам Востока до Синим. Когда я вернулся из странствия по странам их изгнания и из путешествия по местам их обитания, в стране Крим, местожительстве потомков семейств Израиля и Йегуды, изгнанников иерусалимских, которые вышли из своих городов на помощь своим братьям на войну за Шомрон с Гедалья, сыном царя Ахаза, во главе, что было бесполезно, ибо наполнилась мера. И которых Салманасар захватил живыми еще до завоевания Шомрона и послал во внутренние пределы, в города мидийские для удаления их от братьев, где они пробыли до времени Камбиса, сына Кореша, который проявил к ним милость за то, что они, будучи близки к стране Шиттим, быстро выступили на войну вместе с мидийцами против царицы Талмиры, чтоб отомстить ей за кровь его отца. Победив ее войска, они взяли ее в плен живой и привели к их царю Камбису, который убил ее за кровь отца и завоевал ее страну. Тогда они попросили у него страну ее, и он отдал им ее во владение и поставил там наместников. Израильтяне и мидийцы, вернувшись благополучно с войны, взяли своих жен, детей и имущество, и поселились в Коршоне, где поставил отец его, Кореш, памятник, в Солхате еврейском, который они построили в Онхате греческом, который они восстановили из развалин и назвали их Крим и в Села га-Йегудим, который они укрепили, и в городе Сефараде у моря Шиттим, по которому они плавают и по которому сплавляют cкот в греческий город Матарха, место жительство моего отца, между изгнанниками Тита, которые есть наши братья иудеи, избранные из иерусалимских изгнанников, которых изгнал Тит сначала в греческие города, в Византию и в подвластные ей области, а оттуда они распространились до города Тирапиз с его окрестностями и до города Матарха во дни Юлиана, кесаря византийского, любящего иудеев, почему они и говорят на греческом языке до сегодняшнего дня. Когда я прибыл в свой родной город Шомхи, столицу Дария мидийского, в Ширване на пятом году царствования Косдори персидского, в 1300 году нашего изгнания (604 г.) я исправил этот свиток Торы для господина Мордехая га-хавера бен Шимона, который принял хаверут, да хранит его Твердыня и Избавитель его, то есть хаверут вавилонских баалей Мишна вэТалмуд, да удостоится он читать по ней, он, и его потомство навеки! Доброго предзнаменования! Аминь!

 

Маджалисский документ сыграл своеобразную роль в истории крымских караимов. Впервые документ был опубликован отдельной брошюрой в Стамбуле в 1845 году Исааком Мордехаевичем Трышканом, который сопровождал А.С. Фирковича в его путешествии по Кавказу, с переводом на разговорный татарский язык караимов и собственными комментариями. После обнародования документа, мнения еврейских ученых относительно его происхождения разделились: одни отнеслись к нему с полным доверием, например, Д.А. Хвольсон и Симха Пинскер, другие, например А.Я. Гаркави, считали его фальсификацией. Судьба документа решалась в развернувшемся научном диспуте между двумя учеными Д.А. Хвольсоном и А.Я. Гаркави о находках А.С. Фирковича, первый из которых защищал подлинность документа, второй – доказывал его фальсификацию. После ряда критических работ А.Я. Гаркави (смотрите, например, А.Я. Гаркави. К вопросу о иудейских древностях, найденных Фирковичем в Крыму//Журнал министерства народного просвещения. Июль. СПб. 1877.), в которых, на основе встречающихся в документе анахронизмов и других «промахов», он доказывал его подложность, еврейские ученые приняли его сторону. После этого за документом закрепилась репутация подделки, и он не был введен в научный оборот. С другой стороны, некоторые караимские исследователи, относящиеся с полным доверием к находкам А.С. Фирковича, считали Маджалисский документ аутентичным и основывались на нем в своих исторических трудах, смотрите, например, С.А. Бейм «Память о Чуфут-Кале» (1862) и Т.С. Леви-Бабович «Три странички» (1926). В целом, в XIX веке Маджалисский документ служил у крымских караимов краеугольным камнем в развитии собственной историографии и использовался как доказательство древнего пребывания караимов в Крыму.

Интересно, что спор о подлинности Маджалисского документа продолжился и в наше время. В защиту аутентичности документа выступил профессор Университета Хельсинки Тапани Харвиайнен в статье «Эпиграф в дербентской Торе и маджалисский свиток, найденный Фирковичем в 1840 году», опубликованной в авторитетном финском журнале Studia Orientalia в 2003 году. В ответ на эту статью в 2007 году была опубликована критическая статья историка и востоковеда Дана Шапира под названием «The Mejelis ‘Document’ and Tapani Harvianen: On Scholarship, Firkowicz and Forgeries», в которой ученый проводит тщательный анализ текста документа и доказывает его подложность и не состоятельность доводов Харвиайнена. В настоящее время Маджалисский документ признан наукой подделкой XIX века.

Дополнительно о Маджалисском документе смотрите: https://sites.google.com/site/madjalidocument/

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

« Older Entries