Золотая колыбель

Золотая колыбель — крымская легенда о священной золотой колыбели, спрятанной в недрах гор во время войны между двумя враждующими народами. Своеобразное преломление  легенда о золотой колыбели получила в культуре крымских караимов, создавшей дополнительные сюжетные линии, отсутствующие у крымских татар, такие как паломничество в Иерусалим и чаяния о спасителе мира — Машиахе. Караимский вариант легенды дошел до нас благодаря Т.С. Леви-Бабовичу, долгие годы бережно хранившему рукопись легенды в своей библиотеке.  Т.С. Леви-Бабович относился к легенде как к важному историческому источнику, и планировал опубликовать ее в своем историческом труде «Три странички», чего однако, осуществлено не было. Написанная им статья «Золотая колыбель, или опыт осмысления легенды-были из жизни караимов в Чуфут-Кале в XIII веке» также не сохранилась, и возможно, легенда  навсегда бы канула в Лету вместе с погибшей во время войны библиотекой Т.С. Леви-Бабовича, если бы он не пересказал ее в одном из писем собирателю караимского фольклора А.Я. Шишману. В 1936 году А.Я. Шишман прислал текст легенды уже в измененном виде (в каком именно не известно) Б.Я. Кокенаю, который дословно записал его в своем дневнике под названием «Колыбель Хаджи-Мусы».

 

Легенда «Колыбель Хаджи-Мусы» из дневника Б.Я. Кокеная (сохранена орфография автора):

Издревле караимы не теряли духовной связи с далеким Иерусалимом и в своих молитвах с благоговением произносили «Если я забуду тебя, о, Иерусалим, пусть отсохнет десница моя». Однако долгое время им не удавалось побывать в Св. Земле: банды разбойников, после падения Хазарского царства, хозяйничали в Крыму, — пираты на морях сжигали и грабили корабли, а кровавые набеги бедуинов делали непроходимыми дороги к священному городу. До XI века никто не решался в Крыму на долгий и рискованный подвиг паломника. Первым был Кыр-ерский князь Муса, который за небывалый до того времени подвиг удостоился звания «Хаджи». Душа престарелого князя долго тяготила к священным местам и, наконец, после опасного путешествия, ему удалось осуществить заветную мечту. Оросил престарелый князь Кыр-Ера слезами гробницу патриархов, посетил развалины древнего Иерусалимского храма, излил наболевшую душу у алтаря кенасы, возведенной Ананом Ганнаси, и, удовлетворив мечты долгой своей жизни, собрался в обратный путь. На прощание Иерусалимский газзан навестил достойного паломника и, увидев среди его вещей выточенную из ливанского кедра колыбель, невольно подумал: «Охота же князю везти в такую даль детскую колыбель, будто в Крыму не сумеют, в случае надобности, ее сделать». Хаджи-Муса догадался о мыслях газзана и как бы в свое оправдание скромно произнес: «Везу подарок внуку, дабы в ней вырос и стал славен как Ливанский кедр!». Тронутый до глубины души благочестивыми словами, газзан поднял глаза к небу и с вдохновением пожелал, чтобы в этой колыбели вырос спаситель мира, пришествие которого должно принести счастье и мир на земле. Престарелому князю, однако, не суждено было привезти подарок внуку. Умер он близ Александрии (4762 от С.М. — 1002 по Р.Х.). С тех пор колыбель стала переходить от поколения к поколению, как родовое благословение первого паломника из среды караимов Крыма. Потомки князя пользовались среди населения Кырк-Ера заслуженным почетом, а один из них, Исаак, за мудрость получил титул «Мераве-утолителя жаждущих», которое перешло к его потомству. Сын его, Овадья, с достоинством продолжал носить это звание, а внук, князь Ильясу, в 5201 году (1261 г.), находясь во главе защитников Кырк-Ера, погиб в день субботний смертью героя при отражении генуэзцев от стен родного города. На надгробном камне князя была выбита надпись: «крепкою стеною служил он служил он для своего народа внутри крепости и вне ея». Имя князя Кырк-Ера сохранилось среди караимов, окруженное ореолом легенд. Народ поныне верит, что славен стал Ильясу, ибо вырос в заветной колыбели, которая в ночь после гибели князя невидимой силой была перенесена на соседнюю гору и исчезла в ее недрах. С тех пор двугорбая гора, хранительница колыбели Хаджи-Мусы, стала назыаться Бешик-Тав. Но, продолжает народная молва, как Масличная гора в Иерусалиме раскроется и выдаст Ковчег Завета, укрытый там пророком Еремией, так Бешик-Тав разверзнет в свое время недра, колыбель же Хаджи-Мусы пронесется по воздушному пространству и опустится в дом, где раздастся впервые плач новорожденного спасителя мира.

 

Примечание: гора Бешик-Тау («бешик» — колыбель, «тау»/»тав» — гора) находится на юго-западе от плато Бурунчак и хорошо просматривается с «пещерного города» Чуфут-Кале. Ее вершина ныне покрыта молодым лесом и весьма отдаленно напоминает колыбель, но в недавнем прошлом, когда гора была безлесной, «двугорбая» форма колыбели, вероятно, просматривалась более отчетливо. На горе Бешик-Тау находится старинная подземная галерея, предназначенная для сбора воды.

Караимская колыбель (бешик)

Караимская колыбель-«бешик» (Seraya Szapszal’s karaim collection. Vilnius. 2004)

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *