Archive for Г

Гет

Гет (сокращенно от גט פטורין, «гет питтурин» — развод) — разводное письмо или разводной лист, составляемый мужем при разводе. У караимов развод между супругами был разрешен, но считался делом чрезвычайным и позорным. Обоснование для развода находится в Торе, в книге Деварим 24:1, где сказано: «Если возьмет человек жену и войдет к ней, то если не понравится она ему, потому что нашел он в ней какой-либо ущерб (эрват давар), то пусть напишет ей разводное письмо (сефер критут), и даст ей в руку, и отошлет ее из дома своего». В этом стихе упоминается единственое существующее основание для развода — «потому что нашел он в ней какой-либо ущерб (эрват давар)». «Жена не может быть разведена по одному желанию мужа, но только в том случае, если есть «эрват давар» – так начинает 12-я «Об условиях развода» раздела «Седдер Нашим» книги «Аддерет Эльягу» Эльягу бен Моше Башиячи. Поскольку в Торе нет никаких пояснений относительно выражения «эрват давар», которое буквально переводиться как «срамное дело» (или «что-то срамное»), то эту задачу пришлось решать богословам. В «Седдер Нашим» «эрват давар» определяется через слово «мум» — ущербность, недостаток или непереносимое увечье. «Мум» делился на два вида: душевный и телесный, которые в свою очередь делились на несколько подвидов. В книге «Аддерет Эльягу» составлена целая классификация «мум».

Право на развод Тора предоставляет только мужчине, но применяя принцип аналогии, Эльягу бен Моше Башиячи дает право на развод также и жене: «И как мужчина может развестись при условии эрват давар, то также и женщина может развестись при условии эрват давар». В «Седдер Нашим» сказано, что жена может развестись с мужем, если он не выполняет условий брачного договора, «лишает ее одежды, пищи и супружеского сожительства», если болен неизлечимой болезнью, бесплоден и имеет нестерпимые душевные и телесные недостатки. Согласно «Аддерет Эльягу» жена могла развестись с мужем даже без его согласия и без разводного письма.

Со временем караимские богословы установили еще одно основание для развода, не указанное Торе — это обоюдное согласие супругов («бе-рачон шенину», буквально «по желанию обоих»). В «Седер Нашим» сказано: «Женщина не разводится иначе, как в доме суда согласно упомянутым условиям в том случае если нет полюбовного согласия на развод, но если есть полюбовное согласие, то не надо условий, только напишет ей разводной лист (сефер критут), как написано «и напишет разводной лист» и даст ей в руки».

Итак, по караимскому закону супруги могли развестись в двух случаях: если есть обоюдное желание (бе-рачон шенину) и если у одного из супругов обнаруживается какой-нибудь недостаток (эрват давар). В давние времена развод производился в доме суда («бет дин га-гадоль»), а с 1839 года — в Таврическом и Одесском Караимском Духовном Правлении в Евпатории, куда разводящиеся супруги, где бы они не проживали, должны были явиться для рассмотрения их дела. Бракоразводное дело вел Гахам и два старших газзана Большой и Малой евпаторийских кенас. Для начала супругам предлагали примириться, и если они на это не соглашались, то тогда приступали к судебному разбирательству. Если с обеих сторон было согласие на развод (бе-рачон шенину), то через 12 месяцев (согласно «Аддерет Эльягу»), составлялось разводное письмо — гет, и на этом бракоразводный процесс и заканчивался, но если одна из сторон не была согласна на развод, то тогда от желающего развестись требовали на то оснований (эрват давар), при отсутствии которых развода могли не дать. Право выдавать разводное письмо-гет принадлежало мужчине. Текст гета был типовым, разработанным караимскими богословами, одной из особенностью которого являлось то, что дата в нем записывалась от разрушения второго Храма в знак разрушения семьи. Язык гета — древнееврейский.

 

Образец текста гета из книги «Аддерет Эльягу»:

«В (..) день недели, в (..) день месяца (..) в (..) году от разрушения второго Храма, в городе (..), я (имярек), сын (имярек) дал развод, отпустил и оставил (имярек), дочь (имярек), которая была мне женой, потому что нашел в ней эрват давар, и развожусь с ней и отпускаю ее посредством этого гет питтурин, с этого дня и далее она не является моей женой, а я ее мужем, она не имеет ко мне влечения, и я не являюсь ее господином. И она отпускается мною, и свободна и может выходить замуж за того мужчину, за которого пожелает. И муж не может отменить этого сам, с этого дня и далее. И это ей гет питтурин, и сефер критут и аггерет шиббукин согласно религии Моисея и Израиля».

Гет 1878 года (ГАРК, ф. 241, оп. 1, д. 269, л. 67).

Гет 1879 года (ГАРК, ф. 241, оп. 1, д. 269, л. 67).

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

Газзан

Газзан (евр. חזן , «хаззан», в произношении крымских караимов — «газзан») — караимский священнослужитель. Термин, вероятно, позднего происхождения, заимствованный из талмудической литературы. Согласно Еврейской энциклопедии слово хаззан חזן происходит от глагола «хаза» חזה — «смотреть» и соответствует ассирийскому chazanu, что значит «надсмотрщик», «заведующий» (см. Еврейская энциклопедия. Под общей редакцией д-ра Каценельсона. Том пятнадцатый. Издание Общества для научных Еврейских Изданий и Издательства Брокгауз-Ефрон. СПб. 1908-1913). В Талмуде слово хаззан употребляется для обозначения смотрителя с разными должностными обязанностями (в судебном органе, синагоге, Храме). Например, в трактате «Йома» хаззан заведовал храмовыми сосудами и помогал священникам при раздевании, а в трактате «Сота» хаззан вынимал из арон га-кодеш свитки Торы для недельного чтения и клал их обратно. Трудно сказать в какое время слово хаззан окончательно вошло в караимскую религиозную терминологию, однако в средневековой караимской литературе (например, в книге «Аддерет Эльягу») вместе с термином «газзан» использовался также термин «шалиах hа-чибур» שליח הצבור , что буквально переводится «посланец общины».

Должность газзана стала официальной должностью со времени учреждения Таврического и Одесского Караимского Духовного Правления в 1837 году, но по-прежнему, как и в средние века, оставалась выборной. Процедура утверждения  в должности газзана была следующей: сначала община выбирала одного или нескольких кандидатов и проводила голосование, по итогам которого писала в Духовное Правление письмо (оно называлось «приговор») об избрании на должность победившего кандидата и просила ходатайствовать перед Губернским Правлением об его утверждении. Затем кандидатуру рассматривал и испытывал Гахам и после ее одобрения писал ходатайство в Губернское Правление об утверждении избранного кандидата на должность, и только после того, как Губернское Правление утверждало кандидата,  он становился газзаном.

Российским законодательством были четко определены права и обязанности газзанов. Статья 1108 из устава «О духовных делах евреев-караимов» гласит: «При каждой синагоге состоят два Газзана, Старший и Младший». В действительности это не всегда соблюдалось — в небольших общинах, как правило, был только один газзан. Зато в Евпатории на протяжении многих лет было сразу четыре газзана: два газзана (старший и младший) в Соборной кенасе и два газзана в Малой кенасе. В древнееврейском и караимском крымско-татарском языках должность «старший газзан» называлась «газзан hа-гадоль» חזן הגדול , что буквально с древнееврейского языка означает «старший газзан», а должность «младший газзан» — «газзан hа-мишнэ» חזן המשנה , в буквальном переводе «заместитель газзана». О разделении обязанностей Старших и Младших Газзанов указано в статье 1125 того же закона (Свод законов Российской Империи издания 1857 года. Том одиннадцатый. Часть I. Уставы духовных дел иностранных исповеданий. СПб. 1857. С. 206):

Газзанам Старшим предоставляется преимущественно обрезание младенцев мужеского пола, наречение имен, совершение и расторжение браков, а Младшим отправление молитв и исполнение духовных треб для прихожан. Впрочем, в случае отсутствия или болезни Старшего Газзана, обрезание и брак могут быть совершены и его помощником, или Младшим Газзаном.

Позже эта статья был дополнена. Из «Проекта Устава об управлении духовными делами караимов» (ГАРК, ф. 241, оп. 2, д. 2, л. 25):

Газзаны, как Старшие, так и Младшие совершают Богу служение и все относящиеся к Богослужению обряды в Синагогах и Молитвенных домах. Кроме того Старшие Газзаны присутствуют и совершают обряды обрезания младенцев мужеского пола, нарекают имена новорожденным обоего пола, совершают и расторгают браки и отпевают умерших. Впрочем, во время отсутствия или болезни Старшего Газзана, или в тех общинах, где нет Старшего Газзана, все эти обязанности могут быть исполнены и Младшими Газзанами.

Газзан находился в подчинении у Гахама. Жалованье газзан получал от общины, заранее договорившись о его размере. По закону Российской империи караимские газзаны лично освобождались от всех податей и повинностей, но только на время их службы. По достижении 12-ти летнего срока службы газзан имел право получить личное почетное гражданство, которое не передавалось его детям. Должность газзана в прошлом не была престижной, но почетной, и требовала многих способностей (например, вокальных способностей для пения молитв, художественных для оформления шетара). Нередко газзаны совмещали свою должность с должностью митпаллеля (певчего в кенасе) и меламеда (учителя). Газзаны составляли образованную прослойку караимского общества, и многие из них являлись авторами религиозных произведений, от небольших стихотворений до сложных богословских трактатов. Глубокое духовное содержание в своей должности видел севастопольский газзан Т.С. Леви-Бабович, образно называя газзана «хранителем талисмана жизни».

Костюм газзана Б.С. Ельяшевича (фото экспозиции "Музея истории и этнографии крымских караимов имени С.И. Кушуль" в Евпатории)

Костюм газзана Б.С. Ельяшевича (фото экспозиции «Музея истории и этнографии крымских караимов имени С.И. Кушуль» в Евпатории)

Гахам С.М. Шапшал (в центре) с газзанами (фото экспозиции "Музея истории и этнографии крымских караимов имени С.И. Кушуль" в Евпатории).

Гахам С.М. Шапшал (в центре) с газзанами (фото экспозиции «Музея истории и этнографии крымских караимов имени С.И. Кушуль» в Евпатории).

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

 

 

Габбай

Габбай (евр.גבאי, в официальных документах дореволюционного времени на русский язык термин переводился как «староста» или «ктитор») — должностное лицо, заведующее общественным движимым и недвижимым имуществом (кенаса и принадлежащие ей здания, мидраш), и выплачивающее жалованье духовным лицам и учителям. Должность габбая была выборной и неоплачиваемой, как правило ее занимал состоятельный член общины, ведущий торговлю купец. В крупных общинах габбаев могло быть несколько.

О правах и обязанностях габбая из архива Таврического и Одесского Караимского Духовного Правления, 1917 год (ГАРК, ф. 241, оп. 2, д. 40):

В виду избрания и утверждения Вас в должности Габбая Бахчисарайской Кенасы Таврическое и Одесское Караимское Духовное Правление уполнамачивает Вас охранять и оберегать в целости принадлежащее означенной Кенасе движимое имущество, и равно управлять недвижимым имуществом, для чего последние имеете право сдавать в аренду на сроки и за плату по Вашему усмотрению, получать арендные деньги, продавать означенные имущества, и если надобность укажет, вести дела в судебных установлениях и выступать во всех правительственных, общественных установлениях и у должностных лиц в защиту интересов означенных имуществ и доверять это полномочие от себя другим лицам по Вашему усмотрению в частях и полностью.

 

Доверенность эта принадлежит Старосте Бахчисарайской Караимской Кенасы Исааку Абрамовичу Прику.

«О габбаях» (Известия Таврического и Одесского караимского духовного правления. №4. Евпатория. 1917. С. 12):

Каждая община избирает на Общем Собрании прихожан одного или нескольких габбаев, которые заведуют имуществом и капиталами кенасы и общины, а также суммами, поступающими в виде пожертвований в пользу храма или отдельных учреждений общины.

Каждую субботу в кенасах читали специальную молитву о здравии габбаев, пекущихся о материальном состоянии общины. Текст «Благословения габбаев» (ברכה לגבאים) из караимского молитвенника, изданного в Вильно в 1891 году:

יהוה אלהי ישראל ברחמיו הרבים ובחסדיו הגדולים ובטוביו הנעימים והנאמנים הוא יברך וישמך וינצר ויעזר ויפאר ויגדל וירומם וינשא את מעלת (פלוני) שהם גבאים על הצדקה ועל ההקדש ועל הפזור ועל צרכי הצבור ובשכר זה אלהי ישראל יברך וישמך וינצר ויעזר ויפאר ויקים עליהם מקרא שכתוב והמשכילים יזהירו כזהר הרקיע ומצדקי הרבים כככבים לעולם ועד

«Господь Бог Израиля по великой милости Своей и по большой благодати Своей, да благословит, хранит, оберегает, помогает, возвышает (имярек) габбаев, заботящихся освященном имуществе, оплате, пожертвованиях и нуждах общины. Бог Израиля да благословит, хранит, оберегает, помогает, возвышает их. Да сбудится над ними, написанное в Священном Писании: «А мудрые будут сиять, как сияют небеса, и ведущие многих по пути справедливости — как звезды, во веки веков».

От названия должности габбай произошла караимская фамилия Габбай (Габай, Габаев).

 

Печать габбая Исаака Иосифовича Оксюза. В центре печати на еврейском языке написано "габбай".

Печать габбая Исаака Иосифовича Оксюза. В центре печати на еврейском языке слово «габбай» (ГАРК, ф 241, оп. 1, д. 1251, л. 1).

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

 

Галеви, Йегуда

Йегуда бен Шмуэль Галеви — еврейский поэт и философ, живший в Испании приблизительно между 1075 и 1141 годами. Йегуде Галеви принадлежит самое раннее упоминание о времени и обстоятельствах возникновения караимского учения, которое находится в его известной книге «Кузари» (первоначальное название «Книга доводов и доказательств в защиту гонимой веры»). Книга «Кузари» написана в форме диалога между хазарским царем (га-кузари) и еврейским мудрецом (га-хавер) и представляет собой апологию иудаизма. Книга была написана на арабском языке, но более известна в классическом  переводе на древнееврейский язык Йегуды бен Шаула ибн Тивона. Согласно книге «Кузари» караимское учение зародилось в царствование иудейского царя Александра Янная (103-76 до н.э.), во времена законоучителей Йегуды бен Табай и Шимона бен Шатаха. Вот как рассказывает хазарскому царю анонимный «хавер» (то есть «друг») о возникновени караимского учения (Йегуда Галеви. Кузари. Иерусалим. 1998. С. 205-206. Перевод на русский язык Г. Липш):

…Затем были Йегуда бен Табай и Шимон бен Шатах и их товарищи. В это время возникло учение караимов — после случившегося между Мудрецами и царем Янаем, который был священником. Подозревали, что мать его недостойна была быть женой священника. Один из мудрецов сказал, намекая на это: «Царь Янай, удовольствуйся царским венцом, оставь венец священничества семени Аарона». И тогда друзья Яная настроили его против Мудрецов, советуя их посрамить, изгнать и умертвить. И сказал он им: «Если я погублю Мудрецов, у кого мы будем учиться Торе?». Сказали они: «Есть же письменная Тора. Кто хочет, пусть ее изучает, а об устной Торе можешь не заботиться». И он поверил им, послушался их и изгнал Мудрецов, а среди них Шимона бен Шатаха, который был его зятем. Тогда на короткое время влияние законоучителей было поколеблено. Те же пытались укрепить учение, основываясь на разуме и логике, но не смогли, и тогда вернули Шимона бен Шатаха и его товарищей из Александрии, а с ними возвратилась и традиция. Но караимы уже укоренили в людях отрицание устной Торы и склонность к произвольным суждениям, и делают они это по сей день, как ты видишь. Садукеи и боэтусеи — просто неверующие, отрицающие мир грядущий. Караимы же усердны в корнях веры, но  законы они выводят лишь с помощью логики, и, таким образом, часто вредят самим корням, не намеренно, а по своему невежеству.

Выделенные места в цитате с древнееврейским текстом (по тексту: Кузари. Житомир. 1866. С. 357-358):

В это время возникло учение караимов  ובימיהם התחילה דעת הקראות

 

Те же пытались укрепить учение, основываясь на разуме и логике וטרחו להחזיק התורה בשקול דעתם

 

Но караимы уже укоренили в людях отрицание устной Торы и склонность к произвольным суждениям  וכבר השרישו הקראים שורש עם אנשים שהיו דוחים תורה שבעל פה ומתחכמים בטענות

 

Караимы же усердны в корнях веры, но  законы они выводят лишь с помощью логики, и, таким образом, часто вредят самим корням, не намеренно, а по своему невежеству אך הקראים הם משתדלים בשרשים מתחכמים בתולדות  ואפשר שיגיע הפסד אל השורשים רק מסכלותם לא בכונה מהם


Среди караимов книга «Кузари» была хорошо известна, и вышеприведенная цитата нередко использовалась караимскими авторами в их произведениях.

 

© Стать подготовил Ельяшевич В.А.

Гахам

Гахам (חכם), «хахам» (в произношении крымских караимов «гахам»), с древнееврейского языка «ученый», «мудрец». Термин имеет два значения.

1. гахам —  ученый, мудрец.

 

2. Гахам — председатель учрежденного в 1837 году Таврического и Одесского Караимского Духовного Правления, Таврический и Одесский Караимский Гахам. В официальной переписке прошлого на караимско-крымскотатарском и древнееврейском языках при обращении к Гахаму использовался титул ראש חכמים «глава мудрецов» и אב בית דין «глава Дома суда».

 

Таврический и Одесский Караимский Гахам являлся духовным главой караимов, права и обязанности  которого были определены законодательством Российской империи. Должность гахама являлась выборной и оплачиваемой караимскими общинами. Гахам мог принимать решение только по вопросам религиозного характера, если же дело касалось одновременно и религиозного закона караимов  и гражданского, то Гахам отвечал только за религиозную сторону, как указано в законе: «Дела, касающиеся и духовной и гражданской части, Гахам разсматривает лишь в отношении духовном, предоставляя все прочее губернскому начальству». Например, при выборе газзана, Гахам мог только одобрить избранную кандидатуру, а утверждалась кандидатура Губернским Правлением.

Некоторые положения о правах и обязанностях Гахама (Свод законов Российской империи. Издания 1857 года. Том XI. Часть I. Уставы духовных дел иностранных исповеданий. Глава II. О духовных делах евреев-караимов. СПб. 1857. С. 204-207):

Статья 1098. Гахам есть духовный глава евреев-караимов, обитающих в Одессе и в губерниях Таврической и Западных. Он избирается всеми обществами сих евреев.

 

Статья 1099. Место жительство Гахама в Евпатории.

 

Статья 1100. Гахам свое содержание получает от караимских обществ, по их акту 25 сентября 1835 года.

 

Статья 1119. Гахам, имея надзор за Таврическим караимским духовенством и синагогами, печется о приличном сих последних содержании, о соблюдении надлежащего порядка в богослужении, и об учреждении училищ при синагогах, наблюдая при том как за учением, так и за нравственностью учителей и учеников.

 

Статья 1124. Гахам разсматривает возникающие в приходах дела о порядке богослужения и обрядов, исправлении духовных треб, заключении и расторжении браков и назначении депутатов к защищению имуществ, принадлежащим синагогам и училищам.

Таврические и Одесские Караимские Гахамы и годы их службы:

1. Евпаторийский купец I гильдии Симха Соломонович Бобович (1839-1855).

2. Исполняющий обязанности Гахама старший газзан Бахчисарая Соломон Авраамович Бейм (1855-1857).

3. Евпаторийский купец I гильдии Бабакай Соломонович Бобович (1857-1879) (младший брат Симхи Соломоновича Бобовича).

4. Евпаторийский купец I гильдии Самуил Моисеевич Панпулов (1879-1912).

5. Исполняющий обязанности Гахама старший газзан Евпатории Самуил Моисеевич Нейман (1912-1915).

6. Сотрудник МИД России, преподаватель Петербургского Университета, переводчик Серайя Маркович Шапшал (1915-1920).

7. Исполняющий обязанности Гахама старший газзан Евпатории Борис Саадьевич Ельяшевич (1920-1925).

 

з1

з

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

 

Гендерсон, Эбенезер

Эбенезер Гендерсон (1784-1858) — библеист, преподаватель богословия, член Российского Библейского общества. По поручению общества в 1821-1822 г.г. Э. Гендерсон совершил путешествие по 12 губерниям Российской империи, во время которого собирал сведения о разных религиях. Книга Э. Гендерсона, рассказывающая о его путешествии по России вышла в свет в 1826 году в Лондоне с длинным названием «Библейские разыскания и странствия по России, включая путешествие по Крыму и переход через Кавказ с обзором положения евреев, раввинистов и караимов, магометан и языческих народов, обитающих в южных губерниях Российской империи». Первый перевод книги Э. Гендерсона на русский язык  был издан в 2006 году в Санкт-Петербурге (перевод с английского В.Л. Вихновича, А.А. Алексеева). Побывав в Чуфут-Кале Э. Гендерсон оставил нам описание его обитателей — караимов, часть которого мы публикуем (в переводе с английского языка В.А. Ельяшевича):

Когда ветер утих, мы продолжили наш подъем и скоро подошли к воротам древней крепости, пройдя которые мы попали на узкую улицу, идущую через весь город. Все дома, построенные в восточном стиле, с окнами, выходящими во двор, были окружены высокими каменными стенами. Кроме защиты, образованной этими стенами, на обоих краях обрыва были возведены стены, предназначенные защищать места, не защищенные природой. Улицы мылись дождем, во время которого вода бежала по ним вниз потоком. Но мы шли по прекрасному широкому тротуару, приведшему к главной синагоге, где мы встретили главу Рабби, почтенного мужчину по имени Исаак, который принял нас с большим почтением и проводил к местожительству Рабби Вениамину, предназначенному для приема гостей. Войдя в гостевую комнату, или «верхнюю комнату», мы сняли обувь, так как вся она была покрыта прекрасными коврами, а вдоль стен по восточной моде были разложены подушки. В то время как мы обменивались вопросами и ответами с нашим хозяином, на полу посередине комнаты был поставлен большой поднос с хлебом, маслом, финиками, грушами, шелковицей, водкой (brandy) и вином. Все это, к нашему удовольствию, нам предложили отведать. Беседа велась на турецком и еврейском языках, мы пытались добыть важную информацию об истории и специфике караимов, но раввин не проявлял желания удовлетворить наше любопытство. В библиотеке Вениамина, кроме Талмуда и большой коллекции других еврейских книг, мы нашли прекрасный экземпляр Раввинской Библии Бомберга. Кроме татарского Таргума, он показал нам отдельные караимские комментарии на еврейском языке, и заверил нас, что есть комментарии на всю Библию, но они редки и высоки в цене. Комментарий только на Пятикнижие стоит 150 рублей, или около 6 фунтов стерлингов.

От дома Рабби мы пошли к синагогам, которых было две, одна больше, другая меньше, с изящной отделкой, и украшенная внутри большой каменной стелой, поставленной в честь восшествия на престол Его Императорского Величества. Надпись включала несколько строк красивых восхвалений на еврейском языке. Из Ковчега Завета изящной работы вынесли и показали нам на вид очень древние пергаментные свитки Закона, написанные здесь, на месте, и привезенные из Константинополя и Польши. Помещение синагоги было заставлено подставками для книг, на каждой из них лежали Библии на еврейском языке, молитвенники и части татарского Таргума. Библии были в основном венецианского издания, которым обычно пользуются испанские и константинопольские евреи, откуда они и были привезены в Крым.

Число семей в Чуфут-Кале насчитывается около 250, многие члены которых отсутствуют в определенное время года, ведя торговлю в Одессе и в других городах России и Польши. Остальные же из них каждое утро отправляются в Бахчисарай, где у них свои магазины, и возвращаются в крепость вечером.

 

Караимы не имеют никаких письменных свидетельств, подтверждающих, что они были первыми жителями этой крепости и излагающих обстоятельства, вызвавшие их переселение на полуостров. Пейсонель в своем труде «Рассуждения о черноморской торговле» сообщает, что традиции, распространенные у них, свидетельствуют о том, что их предки жили в Бухаре, в великой Татарии, и что они сопровождали татар во время их нашествия в Европу. То обстоятельство, что караимы одеваются в татарскую одежду и говорят на диалекте, который они называют Джагалтай, может служить подтверждением этому мнению. Но настоящему поколению не известны такие традиции, и сходство их с татарами в языке и быту легче объяснить тем, что они долгое время жили под владычеством татар. В результате опроса, проведенного как тут же, на месте, так и в последующей переписке, выяснилось, что караимам ничего неизвестно о связях, существовавших между ними и бухарскими евреями. Насколько им известно там не было караимского квартала. Согласно существующему у них преданию их предки пришли из Дамаска и поселились здесь 500 лет тому назад под покровительством крымских ханов. Их язык, как это явствует из их древних книг, намного ближе к османскому (османлы) чем к восточно-тюркскому. В начале прошлого столетия, во время правления хана Хаджи Селим Гирея им была дарована особая привилегия в благодарность за то, что один их врачей вылечил серьезно заболевшую сестру хана Улу Ханы. Для них были отменены принудительные тяжелые работы во дворце и подушная подать, которую вместе с ними платили их соседи греки и армяне. Находясь под покровительством Улу Ханы они находились на особом положении и на них была возложена обязанность снабжения из своего хозяйства лесом, кофе и другими изделиями внутреннего пользования, впрочем, все это караимы поставляли не в виде дани, а в знак благодарности за дарованную им милость.

 

Караимы свободны от многих суеверий, распространенных среди большинства евреев, таких как переселение душ, магическая сила талисманов и т. д. и как следовало ожидать, их поведение и нравственный облик полностью отличается от поведения и нравственного облика раббанитов. Они имеют аккуратный внешний вид, и в домах царит образцовый порядок. По отношению к другим они проявляют честность и прямодушие, так как следуют одному из своих любимых правил, которое звучит так: «Не делай другим того, чего не хочешь, чтобы сделали тебе». Это правило в точности соответствует словам, сказанным нашим Господом и в которых заключено все то, чему учили людей Закон и Пророки (От Матфея 7:12). Насколько они придерживаются этого правила, можно удостовериться из того факта, что они пользуются большим уважением у тех, кто их знает. Я еще ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь дурно отзывался о караимах, за исключением разве что слепых приверженцев Талмуда. На юге России, где они хорошо известны, их образцовое поведение вошло в поговорку. Я не могу привести более сильного доказательства этому, чем письменное свидетельство одного польского господина, проживающего в Дубно. Этот господин сообщил мне, что в то время как другие еврейские поселенцы постоянно впутываются в различные судебные разбирательства, не было зарегистрировано ни одного случая преследования законом караимов за все время проживания их в этом месте, то есть за несколько столетий!

hh

© Статью подготовил Ельяшевич В.А.

«Ган Яфе»

Ган Яфе (גן יפה), с древнееврейского языка «Прекрасный сад» — название имения вблизи Карасубазара (современный Белогорск), принадлежащее братьям Симе Соломоновичу Бобовичу и Бабакаю Соломоновичу Бобовичу, купцам, караимским Гахамам. Имение  простиралось от истока реки Карасу близ села Баши (современное село Головановка), до юго-восточной окраины Карасубазара, где на невысокой возвышенности, омываемой реками Биюк-Карасу и Танасу, находился усадебный дом, перестроенный из путевого дворца Екатерины II. Площадь имения — более 200 га, в основном занятая фруктовыми садами. Имение было приобретено Бобовичами в 1835 году у Ликурга Качиони, сына Ламбро Качиони, в свою очередь купившего его за 40 000 рублей у графа А.А. Безбородко.

Из книги «Россия. Полное географическое описание нашего отечества», Том 14 «Новороссия и Крым» (Санкт-Петербург. 1910.):

Самое обширное садовое хозяйство существует в огромном имении наследников караимов Бобовича Ган Яфе, находящегося близ самого города Карасубазара, при впадении в реку Карасу ручья Теназа. Здесь во время путешествия императрицы Екатерины II для ея ночлега был специально построен дворец, от которого кроме нескольких колонн не осталось никаких следов. Тогда же императрица подарила все земли Ган-Яфе графу Безбородко, от которого они впоследствии и перешли к Бобовичу. Площадь садов в имении достигает 200 десятин.

В 1841 году доходы с части имения Ган Яфе — водяной мельницы с садом, называемой на разговорном языке «Дегирмен бахчи» («Мельница с садом») или «Га-ккодеш дегирмен ве бахчасынынъ» («Священная мельница с садом»), были пожертвованы в пользу караимских кенас Крыма, Одессы, Константинополя и Иерусалима.

После смерти в 1855 году гахама С.С. Бобовича полноправным владельцем имения становится его брат Б.С. Бобович. Впоследствии имение перешло к его дочери Берухе Бабакаевны Бобович и внучке С.С. Бобовича Мирьям Эммануиловне Шишман.  С этого времени и до 1918 года имение Ган Яфе находилось во владении семей Бобович и Шишман. Во время Гражданской войны имение было разорено. В годы Советской власти на его территории находился совхоз «Предгорье». Известно, что после Великой отечественной войны в усадебном доме находилась районная больница, а с 1967 года — тубдиспансер, который находится в здании и по сей день.

Имение "Ган яфе" с видом на усадебный дом. Гравюра из книги Павла Сумарокова "Досуги крымского судьи".

Имение «Ган яфе» с видом на усадебный дом. Гравюра из книги Павла Сумарокова «Досуги крымского судьи».

 

Ган Яфе